главная страница / библиотека / обновления библиотеки

РА. 1998. №3. В.И. Гуляев, Е.И. Савченко

Роговой гребень скифского времени
с территории Среднего Дона.

// РА. 1998. №3. С. 145-149.

 

В июле 1996 г. в ходе охранных раскопок интенсивно разрушаемого пахотой курганного могильника Терновое I (в 90 км к югу от Воронежа) был исследован и кург. №8. Насыпь в плане овальная, сильно расплывшаяся, высотой не более 30 см при диаметре около 28 м. Курган раскапывался с помощью бульдозера по половинкам с оставлением между ними промежуточной контрольной бровки шириной 1 м.

 

После снятия насыпи в центре кургана на уровне материковой жёлтой глины была выявлена могильная яма прямоугольной (почти квадратной) формы размерами 4,2×3,96 м, ориентированная длинной осью по линии север — юг и сильно попорченная грабительскими раскопками. Могилу окружало овальное кольцо выкида в виде светло-жёлтой материковой глины: 20,2 м по линии запад-восток и 16,1 м по оси север — юг. В северо-западной части этой кольцевой обваловки был оставлен проход к могильной яме шириной до 2,5 м.

 

Курган окружал незамкнутый в северо-западной части кольцевидный погребальный ровик, впущенный в погребённую почву. Его размеры по внешнему краю (м): запад — восток 25,2, север — юг 21,2, ширина ровика 0,7 при глубине до 1,3-1,45.

 

По периметру дна могильной ямы, почти вплотную к её стенкам, был прорыт узкий желобок шириной до 17-21 и глубиной до 7-16 см. На его внутренних стенках

(145/146)

Рис. 1. Роговой гребень на дне могильной ямы кург. №8 (могильник Терновое I).

(Открыть Рис. 1 в новом окне)

 

сохранились отпечатки вертикально стоящих досок шириной от 8 до 17 см. По углам могильной ямы, вдоль стен и в центре имелось девять столбовых ямок диаметром от 20 до 40 см, оставшихся от опорных столбов, крепивших деревянную облицовку стен и крышу гробницы. Из-за сильного разрушения погребения древними грабителями форму перекрытия и его высоту определить не удалось.

 

На дне могильной ямы, в её северной части найдены обломок нижней челюсти и несколько зубов, принадлежавших (по определению антрополога М.В. Козловской) женщине 35-40 лет. В северо-восточной части могилы был обнаружен развал сильно фрагментированного сероглиняного кругового сосуда на кольцевом поддоне и с боковой плоской ручкой. Там же, в северной половине гробницы, удалось выявить скопление обломков оранжевоглиняного кругового сосуда с ручкой. Поверхность и ручка украшены горизонтальными полосами тёмно-коричневой росписи. Рядом с кувшином лежали две миниатюрные сферические золотые нашивные бляшки диаметром 0,5 см с петельками на обороте.

 

В восточной части могильной ямы был найден гребень из оленьего рога, верхняя часть которого оформлена в виде фигуры кошачьего хищника с подогнутыми ногами (рис. 1). В 6 см к юго-западу от гребня располагался обломок втулки железного наконечника стрелы. И наконец, в юго-западном углу могилы лежали две золотые оковки от деревянного сосуда: одна — гладкая, с дырочками для гвоздиков, другая (в обломках) — с изображением головы орлиноголового грифона. По всему дну гробницы были разбросаны крупные кости животного (лошади) — остатки заупокойной пищи. Видимо, всё дно могилы было устлано шкурами животных, от которых сохранился чёрный тлен в виде пятна размерами 2,95×2,75 м.

 

Оба круговых сосуда привозные: сероглиняный из Прикубанья (культура меотов), оранжевый с росписью — греческий. Подобные формы керамики бытуют в Северном Причерноморье и Приазовье в пределах IV в. до н.э. Таким образом, весь комплекс из кург. №8 может быть датирован IV в. до н.э.

 

Особого внимания среди названных выше находок заслуживает гребень из оленьего рога — первый предмет подобного рода на территории лесостепи между Днепром и Доном в скифское время. Гребень сделан из плоского желтоватого по цвету и очень прочного оленьего рога и имеет 22 зубца (7 из них частично обломаны). Высота его около 9,0 см, максимальная ширина 8,7, толщина 0,45 см. Поверхность предмета хорошо отполирована.

 

Как уже говорилось, верхняя часть гребня украшена фигурой хищника кошачьей породы (по определению зоологов — гепарда) с повёрнутой назад головой и припав-

(146/147)

Рис. 2. Общий вид гребня с фигурой гепарда.

(Открыть Рис. 2 в новом окне)

Рис. 3. Прорисовка изображения на гребне.

(Открыть Рис. 3 в новом окне)

 

шего на лапы (рис. 2; 3). Ухо зверя частично обломано, и поэтому о его форме судить нельзя. Хвост, бедро, грудь и кончики лап покрыты циркульным орнаментом с точкой в центре. Точно так же обозначен и глаз. Пасть широко открыта, оформлена вытянутым горизонтальным полуовалом, зубы и клыки намечены очень схематично — прямой горизонтальной линией с тремя кружками. Кончик хвоста украшен головкой хищной птицы или орлиноголового грифона. Резной линией показана щель клюва, намечен глаз. По центру крупа зверя просверлено круглое сквозное отверстие, видимо, для подвешивания.

 

И по своей необычайной изобразительной манере, и по общему содержанию (гепард) этот предмет является уникальным для скифского искусства степи и лесостепи V-IV вв. до н.э. Во всяком случае сколько-нибудь близких аналогий нашему

(147/148)

хищнику мы пока не знаем. Следует также отметить и тот факт, что ближайшей географической областью, где водятся гепарды, являются пустыни и полупустыни Средней Азии.

 

Однако это не означает, что гребни, хотя и с иными оформлением и изобразительными мотивами, являются редкой находкой в курганах Европейской Скифии между Доном и Дунаем. Правда, в силу плохой сохранности органики в скифских могилах (дерево и кость часто не доходят до нас) археологи находят обычно только металлические (золото, серебро) обкладки верхних частей этих предметов. Зооморфные золотые пластины, игравшие роль таких обкладок, были найдены на Среднем Дону дважды: в кург. №11 группы «Частые курганы», раскопки ВУАК 1915 г. (Замятин [Замятнин] С.Н., 1946, с. 45) и в кург. №32/32 у с. Мастюгино, раскопки П.Д. Либерова 1958 г. (Либеров П.Д., 1965, с. 22, табл. 33, 9).

 

Однако следует заметить, что реконструкция, предложенная для обоих среднедонских гребней П.Д. Либеровым в 1960-х годах, носит чисто умозрительный характер, так как никаких следов рабочей части предметов (неизвестно даже, костяных или деревянных) найти в ходе раскопок не удалось.

 

Золотые обкладки гребней (с последующей и опять-таки умозрительной реконструкцией вещи в целом) известны также в «царских» скифских курганах Гайманова Могила и Куль-Оба (Толочко П.П., Мурзин В.Ю., 1991, с. 123). Великолепный золотой гребень со сценой сражения между конными и пешими скифами был найден в Солохе (Манцевич А.П., 1987, с. 58, 59).

 

Костяной гребень (к сожалению, без изображения самого предмета) упомянут в публикации вещей из Малого Чертомлыка, где в женском погребении находились также золотые калачиковидные серьги с ложной зернью, бусы, перстни и чернолаковая греческая чаша середины — третьей четверти V в. до н.э. Б.Н. Мозолевский датирует данный комплекс последней четвертью V в. до н.э. (Мозолевский Б.Н., 1987, с. 63).

 

Роговые гребни с фигурами животных, но выполненные в совершенно иной стилистической манере, известны в ранних (VII-VI вв. до н.э.) погребениях Тувы (Грач А.Д., 1980, с. 127, 128, 248).

 

В специфических природных условиях Горного Алтая, прежде всего в ледяных гробницах Пазырыка, где прекрасно сохраняется органика, находки деревянных и роговых гребней встречаются довольно часто — как в рядовых погребениях, так и в курганах местной знати. Однако все эти предметы не имеют зооморфного оформления (Полосьмак Н.В., 1994, с. 37). Один такой гребень был обнаружен в Улатомском [Улангомском] могильнике в Западной Монголии. Многочисленные находки костяных гребней происходят из могильников тагарской культуры Южной Сибири.

 

«И гребни, и зеркала, найденные в погребениях, — отмечает Н.В. Полосьмак, — не были только утилитарно используемыми предметами, они считались обладающими магической силой. Так, в фольклоре угорских народов расчёсывание лесной богиней волос гребнем символизирует изобилие зверей и рыб... Семь гребней было традиционным атрибутом тюркской богини-матери Умай. В.Д. Кубаревым в Кош-Агачском районе республики Алтай у родоновых источников обнаружены десятки деревянных и костяных гребней, оставленных с целью избавления от болезней...» (Полосьмак Н.В., 1994, с. 37).

 

В Древней Руси (XI-XIII вв.) бронзовые модели гребешков часто использовались в качестве амулетов-оберегов. «Включение изображения гребня в состав оберегов вполне естественно, — пишет Б.А. Рыбаков, — так как этот предмет прямо связан с гигиеной, а следовательно, со здоровьем и жизнью человека» (Рыбаков Б.А., 1987, с. 544).

 

Мы не знаем, насколько правомерным будет сопоставление гребней скифской эпохи со славянскими гребешками-оберегами, но общность некоторых важных идеологических представлений у этих разных народов, живших в совершенно разное время, также несомненна.

(148/149)

 

Список литературы.   ^

 

Грач А.Д., 1980. Древние кочевники в центре Азии. М.

Замятнин С.Н., 1946. Скифский могильник «Частые курганы» под Воронежем // СА. Т. VIII.

Либеров П.Д., 1965. Скифские памятники Среднего Дона [на Среднем Дону] // САИ Д1-31. М.

Манцевич А.П., 1987. Курган Солоха. Л.

Мозолевский Б.Н., 1987. Малый Чертомлык // Скифы Северного Причерноморья. Киев.

Полосьмак Н.В., 1994. Стерегущие золото грифы (Ак-алахинские курганы). Новосибирск.

Рыбаков БЛ., 1987. Язычество Древней Руси. М.

Толочко П.П., Мурзин В.Ю., 1991. Золото степу // Археологія Україні. Київ.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки